Пришлось метизу уйти ни с чем.

Слесарь долго возился, перенося что-то со своей пушки на Володькину коляску, потом поставил ее на колеса, покатал взад-вперед, объявил:

— Готово! В случае чего, пришлите срочно за мной — подправим!

Затем, взвалив на плечи остатки пушки, скорым шагом направился к калитке.

— Витька, куда ты пошел? Постой! — позвал Володя, но слесарь, не оборачиваясь, проговорил:

— Не могу! Дела! Дела! И так опоздал!

И ушел.

Мишка и Хвостиков подняли Володьку и перенесли с кровати в коляску. Мишка — спереди, Хвостиков — толкая сзади, они повезли коляску по саду, петляя между деревьями. Люлик тоже был при деле: раздвигал перед коляской кусты.

Катать коляску было легко, только в оси что-то пронзительно скрипело.

— Ну и скрипит! — сказал Хвостиков. — Аж в зубе больно…

— Маслом надо смазать! — раздался из-за заборчика голос слесаря, который, оказывается, наблюдал за испытаниями коляски в щелочку. — Как смазывают велосипеды!.. Капнуть внутрь, и все!..

Он некоторое время помолчал, посопел, потом спросил:

— На ходу не тяжела? Не заедает?

— Не заедает! Хорошо! — ответил Мишка. А Володька крикнул:

— Иди к нам!

— Не могу! Некогда! — ответил слесарь. — Время не ждет! Пока!

Хвостиков предложил:

— Поехали кататься на улицу! Там можно возить на полной скорости.

Володька замялся:

— Да ну… Неудобно как-то…

— А чего — неудобно?

— Да так… Все ходят ногами, один я — на тележке…

— А мы будем кататься все по очереди! — сказал Мишка. — И мы, и ты, никто не разберет, чья тележка!

— Ну ладно…

Володьку выкатили на улицу. Она была пустынная, потому что от жары все попрятались в дома. Володьку посадили на лавочку, в коляску залез Хвостиков, а Мишка во весь опор помчал его по улице — до угла и обратно.