— Ой, что теперь будет? Придёт учительница, рассердится! — сказала Тося.
А Зося опять просит:
— Тося, одолжи мне резинку!
Схватила Зося бедную резинку-мышку, трёт, трёт — замарала всю страницу.
Ведь это карандашная резинка, чернила ею не сотрёшь!
Зося — в плач, а Тося её утешает:
— Не плачь, Зося. Постепенно всему научишься — не будешь ножиком руки калечить, не будешь сажать в тетрадке кляксы, не будешь ломать перья!
А мы все подумали, что наша Тося чересчур добра.
ВЕСЁЛЫЙ КОНЕЦ ПЕЧАЛЬНОЙ ИСТОРИИ
Ой! Что было! Что было!
В конце урока учительница проверяла, в порядке ли у ребят их вещи.
Она открыла наш пенал и сказала:
— Тося, я думала, ты аккуратная девочка, а у тебя перочинный нож с зазубринами, перо сломано, карандаш обгрызен, а резинка-мышка и весь пенал залиты чернилами! Ведь раньше у тебя всё бывало в порядке.
Тося стояла с опущенной головой и молчала.
Я вскочил, начал махать руками, хотел закричать, что Тося ни в чём не виновата, что это Зося нас так изуродовала, что Тося о нас всегда заботилась, что пенал у неё всегда был чистый!
Хотел всё это сказать, но не сказал ничего, потому что не хочу быть ябедой. К тому же у меня такой тихий, пластилиновый голос, что учительница, наверно, ничего бы не услыхала. Но зато я посмотрел из пенала на Зосю так сердито, как только мог.
А Зося сидела красная, как свёкла, и глядела в парту.
Мне показалось — ей стыдно.
Не знаю, что произошло дальше, потому что Тося закрыла пенал.
Но перочинный ножик нашёл маленькую щёлочку и стал наблюдать, что делается в классе.
Смотрит, а учительница гладит Тосю по головке и говорит: