Как король наградил шпионов

Левый уголок доски считался королевским дворцом. Над ним нависал голубой абажур настольной лампы и проливал на шахматную доску приятную голубизну. Тут же стоял знаменитый чернильный прибор, медные части которого напоминали золоченую ограду вокруг дворца. Перевернутое пресс-папье, обтянутое двадцатью слоями промокашки, считалось королевскими покоями и служило постелью. Простыни из промокашки были замечательным изобретением: какая бы неприятность ни случалась ночью с королем, промокашка всегда оставалась сухой.

Комнаты королевы находились возле граненых чернильниц. Ведь это были зеркала, а королева была женщиной и без них не могла обходиться. Она была большой модницей, но все ее платья были только черного цвета. Тут же находилась и знаменитая черная пудра, которой пользуются только черные королевы.

Запыхавшись, Длинноухий и Головешка примчались к королевскому дворцу, но стража не хотела их пропускать.

— Не ведено! — твердили солдаты. — Король почивает!

Король действительно собирался уснуть после сытного обеда, а королева примеряла новые наряды. Вечером они собирались дать бал.

Король за обедом поел лишнего и никак не мог уснуть. Он вертелся на своем высоком ложе и охал:

— Ох, подпирает! Ох, разрывает! Ох, колики донимают!..

И тут он услышал шум, который подняли шпионы, пытаясь проникнуть в покои дворца. Король вызвал дежурного офицера.

— Что за шум? Почему шум? Распустились, даже королю не дают покоя!

Офицер доложил, что это шумят шпионы его высочества — Длинноухий и Головешка, что у них какая-то важная весть.

— Впустить, все равно живот болит — спать не могу!

Шпионов впустили.

— Что заставило вас нарушить мой тихий час? — сказал король. — Если вы снова будете городить чепуху, не стоящую хода пешки, я велю вас окунуть в чернильницы головами вниз!