Правда, и тут он хитрую штуку придумал. Называется она — фрейдизм. И вроде как по этому самому фрейдизму сны все объясняет, да еще не просто так, а с подковырками. С чудищем сражаешься? А это, мол, ты папеньку своего мечом тюкаешь, за то что он по тебе в детстве ремнем похаживал. Принцессу спасаешь? А это, мол, у тебя нездоровое влечение к маленьким девочкам. Вот такой подковыристый колдун. Правда, про полеты он ничего так и не придумал. Да и рукой махнул. Мол, подрастут дети, сердца у них потяжелеют — сами летать перестанут.

А что же принцесса? А она сидит у окна и грустит. И никто ее не утешит, ведь никто не знает, что Аня — самая настоящая принцесса и обращаются с ней, как с обычной девочкой.

Такая вот печальная история. С печальным концом. Потому что принц тоже не помнит, что он принц. И, конечно, он уже не найдет принцессу, и не расколдует ее.

Хотя, эта история может иметь и другой конец.

Колдуну ведь тоже живется не очень сладко. Потому что он не только злой и хитрый, но еще и очень тщеславный. И через какое-то время он обязательно обнаружит, что его никто не боится. Ведь люди уже перестали верить в волшебство. Тогда колдун расстроится, и начнет читать свои заклинания в обратном порядке, чтобы все стало как и прежде. И папа снова станет королем, а мама — королевой. А Аня опять станет настоящей принцессой.

Очень может быть, что так и будет. Но мы то знаем, что колдун все-таки злой и никогда ничего не делает просто так. И снова будет сидеть принцесса у окна и грустить. Потому что она теперь принцесса. А Вовка — ее бывший сосед по парте, теперь всего лишь сын пастуха. И вот никак нельзя по королевским законам им вместе дружить.

Так что, это все-таки грустная сказка. Но виноват в этом вовсе не я, а злой колдун, который все так перепутал.

1999 февраль