Так сложилось слово.

Потом человек начертил на скале первое изображение чего-то увиденного им в жизни, придумал условные знаки, в которых заключались понятия о вещах или событиях.

Так возникли письмена.

Человек стал изготовлять не только оружие для охоты и самозащиты, не только орудия труда, но и вещи для удовольствия, украшения и развлечения. Так появилось искусство.

Человек давно уже понял радость дружбы с другими людьми, почувствовал, как обширен человеческий ум. Он увидел, что счастье не только и сытной еде и теплом, безопасном жилье. Он узнал счастье в любви, в товариществе, в понимании ранее неведомого.

Человек захотел уже счастья человеческого, а не звериного.

Но не тут-то было...

Чужими руками

Не давалось человеку счастье в руки. Тяжело, трудно жилось людям. Мало, радостей было у них. Многое из того, что в человеке осталось от прежнего зверя, еще крепко сидело в людях и мешало им сделать жизнь на земле совсем хорошей для всех. Кто был посильнее других, стал отнимать у слабых все, что те добывали своими руками в труде, в охоте, в первых опытах украшения жизни искусством. Эти жадные люди подчинили общество людей законам зверя - свирепым законам борьбы за существование: не жалей никого, порабощай более слабого, отнимай у других все, что тебе захочется. Заставляй слабого поневоле помогать тебе, сильному, а сам заботься только о себе...

Человек для другого человека становился волком.

Люди-хищники сами жили по законам своего "хочу", а большинству оставили только "надо" и "нельзя".

И вот на долгие тысячелетия человеческие руки, ласковые, трудолюбивые, умелые, храбрые, искусные руки стали рабами чужой жадности. Все, что они добывали, выращивали, мастерили, строили,- все попадало под власть тех, которые стали считать, будто у них у самих руки только для того, чтобы хватать чужое добро, носить всем напоказ драгоценные перстни да держать плетку, заставляя склоняться перед ними раба-труженика.