Настя и Никита вышли с родителями из храма, держа в руках красные прутики вербы.

— Они похожи на крошечных белых совят, — Никита осторожно погладил вербную почку.

— И ещё на пушистые сны, — сказала Настя. — Да нет же! Это молитвы! Это маленькие наши молитвы такие, они потом вырастут и расцветут!

— Сны и молитвы… — мама улыбнулась, глядя на пухлые почки. — Ты очень красиво сказала…

Воздух — утренний, родниковый — вдруг наполнился медным боем колоколов.

— Ого! Как они громыхают! — удивился Никита.

Все посмотрели на колокольню.

— Глядите! — закричала Настя. — Там целая колокольная семья! Колокольня — их домик!

— Точно, — засмеялся папа. — Совсем как в той сказке…

— В какой?!

— А вот послушайте…

На одной очень высокой колокольне, которая вместе с храмом стояла на живописном берегу реки Волги, жила-была дружная семья колоколов. Папа — солидный сорокапудовый колокол, и звали его Бум-бум. Мама — колокол хотя и поменьше, но тоже весила немало, целых двадцать пять пудов. Маму звали Бам-бам. Старшего сына звали Бом-бом, он весил семь с половиной пудов. Старшую дочь звали Бем-бем, она весила три пуда. А её младшего брата звали Бим-бим, и он весил один пуд, то есть шестнадцать килограммов.