— А вот и гвозди, — сказала мама. — Принимайся за дело.

«Черт бы побрал этих соседей. Все у них есть».

Я бросился в коридор, приколотил полку и через минуту снова сидел перед экраном.

— Что ты натворил? — раздался вновь голос мамы.

— Прибил полку, — ответил я невозмутимо.

— Прибил, называется.

— Что, уже упала?

— Взгляни на свою работу.

Я вышел в коридор. Полка была на месте и не собиралась падать. В работе, правда, имелось два маленьких недостатка: полка была прибита криво и вверх ногами.

— Ни о чем тебя нельзя попросить, — досадливо сказала мама.

В это время в двери щелкнул ключ, и тут выяснилось, что полка имела третий недостаток: папа не мог войти в квартиру, потому что полка не позволяла распахнуть дверь.

С того дня я твердо усвоил, что «просить меня ни о чем нельзя». Так сказала мама.

Правда, однажды папа сделал еще одну попытку увидеть во мне помощника. Он попросил меня наточить кухонный нож.

— Раз плюнуть, — с готовностью сказал я. Я вообще не отказывался, если меня просили.

— Постарайся, — сказал папа.

— Не волнуйся, — успокоил я его. — Наточу — волос на лету можно будет рубить.

Через несколько минут все было готово.

— Пожалуйста, — протянул я нож.

Папа и мама долго пытались угадать, какой стороной ножа можно было пользоваться раньше.

— Действительно, ни о чем нельзя попросить, — попытался как можно спокойнее произнести папа.

— Я вообще большой оригинал, — с ухмылкой заявил я.

— А как ты это понимаешь? — взглянул на меня с некоторым интересом папа.

— Перво-наперво делать работу не как все, а творчески. Главное, чтобы все было наоборот. Понятно?

Мама безнадежно махнула рукой, а папа тяжело задумался.

Тут вошла бабушка и попросила меня полить цветы.