— Гонг — это для всех! — кричит фройляйн Ульрика. — Даже для Луизы!

— Да иду, иду! — откликается Луиза. — Старая женщина — это вам не скорый поезд!

И вправду вот она, идет!

Фройляйн Ульрика загоняет весь свой шумный табун в конюшню, ах нет, конечно, в дом. Двенадцать часов, самое время обедать. А потом, сгорая от любопытства, ждать вечера. Почему?

Вечером ожидается прибытие двадцати новеньких. Двадцати девочек из Южной Германии. Среди них, уж наверное, будут две-три жеманницы? Несколько сплетниц? А может, даже престарелые дамы лет тринадцати-четырнадцати? И они, конечно же, привезут интересные игрушки! Надо надеяться, среди игрушек окажется большой резиновый мяч. А то Трудин мяч лопнул. А Бригитта свой не дает, жалеет. Она заперла его в шкаф. Накрепко. Чтобы с ним ничего не случилось. Такое тоже бывает.

Итак, под вечер Луиза, Труда, Бригитта и другие девочки стоят у больших, настежь распахнутых железных ворот, с нетерпением поджидая автобуса, который должен привезти новеньких со станции.

Если поезд пришел вовремя, то вообще-то они должны…

Гудок!

— Едут!

Автобус катит по улице, осторожно сворачивает к воротам и останавливается. Выходит шофер и одну за другой вынимает девочек из автобуса. Но не только девочек, а еще и чемоданы, сумки, кукол, корзины и свертки, тряпичных собак и самокаты, зонтики, термосы, плащи и рюкзаки, скатанные в трубку шерстяные одеяла, книжки с картинками, ботанизирки и сачки для бабочек. Словом, всякую всячину.

Наконец в дверях автобуса появляется последняя, двадцатая девочка со своими пожитками. Вид у нее очень серьезный. Шофер с готовностью протягивает к ней руки. Малышка качает головой так, что косы мотаются из стороны в сторону.

— Нет, спасибо! — говорит она вежливо, но твердо, и со спокойной уверенностью спрыгивает с подножки. Смущенно улыбается окружившим ее девчонкам. Но вдруг глаза у нее от удивления лезут на лоб. Она смотрит на Луизу? Тут уж и Луиза на нее вытаращилась! С каким испугом глядит она в лицо новенькой!