– Ну, так идем! – сердито сказал Затычка. – Я туда и направлялся.

Друзья ничего не сказали, лишь удивленно переглянулись за его спиной.

Карусель на Круглой Площади была замечательная.

На толстый столб насадили круглую площадку, огражденную резными перилами. Сверху карусель шатром накрывала красная расписная крыша, украшенная колокольчиками и фонариками. На площадке были установлены вырезанные из дерева скакуны.

Хочешь, – гарцуй на буйном панаке, на которого надето настоящее седло, хочешь, – крутись в резной тележке, запряженной тройкой веселых перевертышей, а хочешь, – покрасуйся на королевском птеригоплихте, пусть не таком большом, как настоящий, но почти таком же красивом.

Монетки только и уплывали из рук ребятни в обмен на карусельную забаву.

Друзья прокатились раз, потом другой, потом третий, потом…

Потом поняли, что в карманах у них пусто, даже на качели не осталось.

– Так, а теперь пойдем туда, где бесплатно развлекают! – сказал экономный Полосатик, печально осматривая свои вывернутые наружу карманы. – Кто-нибудь знает такое место?

– Я знаю, – загадочно сказал Шустрик. – Пойдем…

Они пошли за ним, но не в центр города, а обратно к дому.

– Эй, мы же развлекаться идем? – дернул Шустрика за рукав Затычка.

– Иди и не спрашивай! – не открыл тайны Шустрик. – Сейчас сам увидишь.

Они миновали Улицу Гонцов и прошли дальше. Еще несколько проулков, – и данюшки уперлись в свою собственную школу.

– Тс-с! – сказал Шустрик, увидев их разгневанные лица, и повел друзей в школьный летний театр.

Он был в саду, под открытым небом.

Там в теплую погоду давали представления как сами школьники, так и настоящие артисты.

Уже издалека было заметно, что около входа толпятся люди, которым не хватило места, потому что внутри театр полон.

Когда данюшки подошли поближе, то увидели: зрители зачарованно смотрят на невысокого юношу, стоящего на сцене.