Кроме него и бабушки никого дома не было.

Отец уже, наверное, подбегал к Аквилону с сумкой, полной грамот, а мама сидела в Башне Гонцов, в Цитадели, и разбирала принесенные гонцами из других городов грамоты.

– Подождут, – с удовольствием сказала бабушка, водружая на стол большую супницу.

Честно говоря, суп Затычка не любил.

А в супе особенно не любил, просто ненавидел вареный лук. Только от его вида Затычку сразу начинало тошнить. А еще он не любил в супе вареную морковку и вареную свеклу. Да и вареную капусту терпеть не мог…

Поэтому, когда бабушка наложила ему и того, и другого, и третьего, да еще в тарелку, из которой ел только отец Затычки, потому что она была самая большая, Затычка приуныл.

Бабушка ждала.

Надо было есть…

Спрятавшись от бабушки за супницу, Затычка ювелирно выбрал из густого, наваристого супа картошку и мясо, вычерпал ложкой бульон, оставив остальное лежать в тарелке аккуратной кучкой.

– Спасибо, бабуля, я сыт! – бодро сказал он, вставая.

– Сыт? – не поверила бабушка и ловко отодвинула в сторону супницу. – Да ты же все пооставлял!

– Бабушка! – взмолился Затычка. – Я не могу э т о есть, лучше убей сразу!

– Ну ладно, – смилостивилась бабушка. – Тогда на тебе второе.

Второе было почти съедобным: всего лишь котлета и картофельное пюре. Стараясь не думать, что в котлеты несознательные бабушки тоже кладут лук, Затычка постарался быстрей ее проглотить и заняться картофельным пюре. Но бабушка был начеку, – и тут же положила ему на тарелку еще одну котлету.

Затычка дождался, когда она выйдет на кухню, завернул котлету в носовой платок и переправил в свой кошелек. И принялся торопливо уплетать пюре. В обычные дни он пюре очень любил, но сегодня-то его ждал Малыш!

– И компотик! – отрезала путь к выходу из комнаты бабушка.

Пришлось пить и компотик.

– Ну, все, привет! – чмокнув бабушку в щеку, Затычка стремительно вылетел прочь, пока она не вспомнила про какие-нибудь свои печенюшки, которые с утра ждут в духовке и будут невыносимо страдать, если он их не съест.