И вот уже злополучный фибровый чемодан в руках у отца, выходящего из автобуса на привокзальной площади. Вслед за отцом из автобуса выбирается мать с сумкой, полной продуктов, и дед со связкой книг. Дверца автобуса захлопывается, и автобус трогается.

— А где Жека? — спрашивает мать.

— Остановите автобус! — кричит дед. — Остановите!

Автобус притормозил, из распахнувшейся двери вылез виновато улыбающийся Жека с рюкзаком за плечами.

— И в кого он такой рассеянный? — широко разводит руками дед, сбивая фуражку с головы милиционера, стоящего рядом. — Ради бога, простите, — извинился он. — Мы опаздываем.

По перрону, заполненному провожающими, вслед за отцом бежит мать, задевая встречных сумкой с продуктами. За ней торопится дед. А позади ковыляет Жека.

— Какой вагон? — обернувшись на бегу, спрашивает отец.

Мать переадресовывает вопрос деду:

— Какой вагон, дед?

Дед, как эстафету, передаёт вопрос Жеке:

— Какой вагон, Жека?

— Третий, — кричит Жека деду.

— Третий, — кричит дед матери.

— Третий, — кричит мать отцу.

У третьего вагона возле молоденькой проводницы стоит высокий крепкий паренёк со свисающей на лоб прядью волос. Это Валерий, ближайший друг Жеки Ручкина. Он приехал на вокзал со своей матерью Надеждой Ивановной и со своим любимым псом — огромной немецкой овчаркой. Валерий грустно смотрит на пса.

Надежда Ивановна взглянула на часы.

— Где же всё-таки Жека? — спросила она.

А семейство Жеки бежит по перрону.

— У кого билет? — обернувшись, кричит отец матери.