Во второй теории, как видите, было мало утешительного, но наука есть наука, нужно ее принимать как есть. Все-таки это лучше, чем находиться в плену у суеверий. Я был рад, что вырвался из этого плена.

Не успел я уйти со скамейки, как убедился в правильности моих научных выводов.

Девочка на соседней скамейке разговаривала с отцом и поглядывала на меня с уважением. Эти дошкольники! Они готовы уважать тебя только за то, что ты ходишь в школу и делаешь уроки.

- Ты догадываешься, - спрашивала девочка отца, - что мама тебе сюрприз приготовила?

- Догадываюсь.

- И я! Как ты думаешь, что?

- Думаю, выходные туфли.

- И я так думаю! Я тебе скажу по секрету: черные.

- Эй! Держи язык за зубами! - сказал отец.

Девочка смутилась, но тут же зашлась смехом. Они мне нравились. И разговор их меня заинтересовал. Когда я был такой, как девочка, я считал, что разговоры о подарках - самые интересные. Но даже теперь, когда я читаю журнал "Наука и жизнь", мне эти разговоры продолжают нравиться, хотя они и несерьезные.

- Я молчу, - сказала девочка, - больше секретов не выдаю. Только ты мне скажи, что ты ей подаришь. Тоже туфли? Вот будет интересно! Она тебе туфли, и ты ей туфли. А перед этим она тебе галстук, а ты ей вязаную кофточку, а еще перед этим ты ей платье, а она тебе белую сорочку.

Я стал изучать лицо мужчины: приятное, ничего не скажешь. Такой барахло не подарит. Наверно, платье было дорогущее.

Я продолжал слушать. Часы, чайный сервиз, еще одна кофточка, сочинения Пушкина. Колечко с камушком! Брошь! Все это он ей подарил. А ее подарки были поскромнее. Я понял: она - его живая мечта и ему хочется дарить ей вещи подороже.