Пуночка-мать снесла яйцо и принялась его насиживать. С места слететь боялась, чтобы яйцо холодным ветром не обдуло. От дождя его собой прикрывала, недоедала, недосыпала.

Наконец вылупился из яйца сынок. Да такой удачный, такой пригожий. Ни у кого на всём побережье не нашлось бы птенца красивее. Одно плохо — криклив очень.

Тут уж и вправду родителям некогда было ни попить, ни поесть, ни поспать. Если отец на добычу улетает, мать баюкает сыночка. Если мать отлучится, отец над ним хлопочет.

Вот однажды сидела пуночка-мать на краю гнезда и пела сыну песенку:

Чьи-чьи это маленькие лапки? Чьи-чьи это маленькие крылышки? Чья-чья это маленькая головка? Чьи-чьи это миленькие глазки? Чьи-чьи-чьи-чьи?

Летел мимо ворон, услыхал песенку, сел неподалёку и стал слушать. Слушал, слушал и заслушался. Так понравилась ему эта песенка, сказать невозможно. Принялся он просить пуночку:

— Подари мне песенку! Отдай песенку!

— Что ты! — говорит пуночка. — Не могу отдать. Одна она у нас. Нет другой песенки.

— Я тебя очень прошу, — уговаривает ворон. — Я теперь без этой песенки жить не могу.

— А мой сынок без песенки заснуть не может. И не проси, не отдам!

Рассердился ворон:

— Добром не отдашь, силой заберу!

Налетел на пуночку, вырвал у неё песенку и улетел.

Тут пуночка-сынок раскричался, расплакался. И пуночка-мать заплакала.

Вернулся пуночка-отец с охоты. Видит-слышит — сынок кричит, жена над ним слёзы льёт.

— Что с вами? — спрашивает. — Какая беда случилась?

— Страшная беда, — отвечает мать-пуночка. — Налетел ворон, унёс нашу песенку. Теперь ни за что не заснёт сынок, весь исплачется! Как жить будем?