— Дедушка пришёл! Дедушка пришёл!

Подбежали к ворону, в свою ярангу отвели. Усадили его на мягкие шкуры, чаем напоили, пёрышки разгладили.

Доволен ворон.

— Спасибо, — говорит, — меня, голодного, накормили, моим усталым ногам отдых дали.

Стал домой собираться, а мышата ему гостинец несут — немножко корешков. Уложили их на нарту, говорят:

— Иди, да дорОгой не оглядывайся!

Пошёл ворон, потащил нарту, а та, что ни шаг, тяжелее становится.

— Что такое? Нарта лёгкая, а тащить тяжело! — удивляется ворон. И ещё быстрее зашагал: домой к своим детям торопится.

Вот и яранга показалась. Навстречу дети выбежали, нарту дотащить помогли. Тут ворон оглянулся, глазам своим не поверил, подошёл — потрогал: корешки-то, что мышата дали, в рыбу и мясо превратились. Всё горкой на нарте сложено!

Мимо бежит лиса Нутэнэут.

— Где ты столько еды добыл? — спрашивает.

— У реки, — отвечает ворон. И рассказал, как мышата ему на дорогу корешков дали, а корешки рыбой и мясом обернулись.

— Ну и я туда сбегаю! — говорит лиса.

— Не надо. Не ходи, Нутэнэут! — просит ворон. — Я с тобой поделюсь.

Не послушала лиса, в ответ только фыркнула. Схватила свою нарту, какая побольше, скорей побежала на реку.

Идёт лиса по речному берегу, мышата её увидели, навстречу бегут, кричат:

— Бабушка пришла! Бабушка пришла!

А лиса:

— Какая я вам бабушка! — говорит. — Посмотрите на себя! Вы — некрасивые! Вы — пучеглазые! А хвосты?! Тьфу! У вас хвосты не пушистые!

Обиделись мышата, побежали домой, рассказали всё отцу с матерью.

А лиса следом идёт, торбаса не отряхнула, вошла, говорит: