— Что ты говоришь? — прислушался Алимджан. И покачал головой — Ой, дети!
Вечером около юрты ярко горел "костер. Искры, как золотые жуки, медленно плыли и гасли в темном небе. Нар-Беби мирно жевала траву, лежа у стенки юрты. К ее боку прижимался верблюжонок цвета спелой пшеницы.
Бабушка Джамаль грела у костра старые кости и сердито трясла головой.
Добегалась, — ворчала она, — совсем распустили девчонку. Говорила, пускай дома сидит, шерсть щиплет.
Не сердись, бабушка, она хорошая девчонка, джигит девчонка, — засмеялся Алимджан. — Она Нар-Беби от волков отвоевала.
Никогда тебя больше дразнить не буду! — тихонько шепнул Хашиме пробравшийся сзади Атамкул.
И девочка вся закраснелась от гордости и радостно взглянула на золотые искры.
Пум
Знаете ли вы, что щенок, который идет по улице с хозяином, и тот же щенок без хозяина — это два совсем разных щенка? Щенок с хозяином храбрее льва. Он лает на коров, на собак, бросается под автомобиль — он уверен, что автомобиль его боится и свернет с дороги. Он может облаять даже мальчишку с рогаткой, если только стоять поближе к хозяину.
А щенок без хозяина…
Вот такой-то щенок в один осенний день и сидел около старого тополя на перекрестке двух улиц. Он был беленький, черные только два глаза, нос и комок грязи на боку.
Переднюю левую лапку он держал на весу: мальчишка на соседней улице запустил камнем из рогатки. Было очень больно и очень страшно. Его добрые темные глаза так и ловили взгляды прохожих: ему до смерти был нужен хозяин. Но в такой противный дождливый день маленький голодный щенок никому не был нужен. И прохожие шли и шли мимо, мокрые и сердитые, а щенка около старого тополя все сильнее била мучительная дрожь от холода и страха.