Однако пронесло.

Командир пересадил бойца на свое место, объяснив, что хочет отдохнуть и поспать. Майор расположился рядом с телохранителем Максуда, прикрыл глаза и откинул голову назад, открыв миру внушительный кадык, говорят, такой бывает у неумеренно пьющих людей.

Машина неслась со скоростью, какую позволял двигатель. Плато должно было вот-вот закончиться. Дальше очередной спуск, а за ним новый подъем, где на высоте две пятьсот прилепились к одинокой скале те гостеприимные дома старого узбекского рода и где состоялась встреча майора с Максудом. Кто нарезал здешние места такими вот "пирогами"? Бог или Природа?

А потом случилось нечто непонятное: двое славян, сидевшие впереди, вдруг услышали сзади хлопки - один глухой, почти неслышный за ревом двигателя, другой - порезче. Глухой - потому что ствол с глушителем почти вдавился в живот телохранителя, а порезче - потому что выстрел делался в открытую.

Машина резко затормозила. Сидевшие впереди обернулись. Лица их побелели, что было заметно даже сквозь дорожную пыль.

- Товарищ майор!..

- Юрий Николаевич, что?..

- Отставить! Помогайте! Берите сначала одного, потом второго.

Майор, еще вчера бывший для Максуда Юрой, вышел из машины.

Автоматчики оттащили тела к обрыву,

- Ну?.. Чего рты раззявили? - Наклонившись, майор сам столкнул первого вниз.

Тело, беззвучно кувыркаясь, только осыпь камней и пыль вдогонку, исчезло в глубине расселины.

- Надо бы обыскать, -предложил сержант.

- Мы не мародеры. Мы выполняем важную государственную работу. Я его еще по академии знавал. Подозревал, что гниль, да повода удостовериться не было. К тому же посредник. И нашим, и вашим. А посредников не любят ни те, ни другие. Зачем свидетелей оставлять? Он бы к себе вернулся - и к америкосам побежал вторую зарплату получить и нас сдать.