— Да, в это время года для малышей здесь чуточку холодновато, — пояснил Джос. — Но во вторник пришли старики из Исторического общества Дрэгонпорта, и им определенно здесь понравилось…

— Кроме двоих, которые поклялись никогда больше сюда не приходить.

— Почему? — поинтересовался Том.

— Испугались, — быстро ответил дядюшка Джос. — Понимаешь, в музее очень темно. А у нескольких старушек оказалось плоховато с сердцем.

— В среду пришли трое.

Джос громко фыркнул.

— Знаешь, дорогая, мне кажется, ты неправильно считаешь. Определенно их было больше.

— Был еще один, который вошел и вышел, не заплатив вовсе.

— Болтун Логан? — воскликнул Джос. — Только не он снова!

— Он отказался платить, утверждая, что ты изрядно задолжал ему за ремонт котла и он теперь до конца жизни вправе бывать здесь бесплатно, — язвительно добавила Мелба.

— Вот слизняк, — пробормотал дядюшка.

— В четверг и в пятницу не было вовсе никого, — продолжила тетушка и с улыбкой избавила Тома от назойливой крысы.

— Может, и так, Мелба, может, и так, но самым удачным днем для музея Скаттерхорна всегда была суббота, — парировал Джос, не желая успокаиваться. — В лучшие субботы у нас бывали тысячи посетителей, очередь растягивалась во всю улицу, словно на финал кубка.

— Но в последнюю субботу их пришло всего двое. Причем оба — из муниципалитета, с очередным требованием денег.

— Ладно, — признал дядюшка, поднимая руки. — Я знаю, предприятие не вполне прибыльное. Но, Том, все дело в том… — он прокашлялся, — все дело в том…

— Как говаривал твой отец? — тихонько подсказала Мелба.

— Пока мы здесь, — прогремел Джос и, вскочив, внезапно сгреб Тома за рубашку, — мы здесь, мой мальчик.

— Пока мы здесь, мы здесь, мы здесь, пока мы здесь, мы здесь, мы здесь, — пропела Мелба тонким гнусавым голосом, и у Джоса заметно затряслись плечи.