— На"Звездолёте-100»! — вскричал Колёсников. — Ты гений! Идёт! Он стоит на космодроме и готовится к новому рейсу. Я возьму у дяди Артёма ключ от него, изготовлю для нас другой, и, когда корабль целиком заправят всем, что нужно для полёта, мы в него и влезем… — Его глаза прямо-таки полыхали от радости. — И тогда все узнают, на что мы способны!

— Узнают! — подхватил Толя. — Мы им докажем! Мы залетим дальше всех и увидим удивительные, невиданные планеты… Правда? — И, не давая Колесникову ответить, сказал: — Но ведь нас только двое, а экипаж, как ты говорил, должен состоять из…

— … пяти человек, — подтвердил Колёсников. — И не меньше. Надо, чтоб это были ребята — высший класс! Храбрые, знающие, спокойные…

— Первого берём Альку, — сказал Толя. — Он ничего не боится, очень добрый и хороший товарищ.

— А ты в этом уверен? — заметил Колёсников. — Он очень нервный и даже не сумеет разобрать и собрать самого простого робота…

— Ну и что? — возразил Толя. — Зато он великолепный художник!

— А кому от этого польза?

— Да ты в своём уме?! — Толя с недоумением уставился на Колесникова.

— Это нужно всем… И он замечательный, он преданный! И его дедушка работает на космодроме…

— Вот это важно! — сказал Колёсников. — Впрочем, нет, обойдёмся без его дедушки и без Альки… А что, если Ленку? — внезапно спросил Колёсников, с трудом сдерживая улыбку.

Леночка, кажется, была единственным человеком, к которому он неплохо относился, хотя она тоже была выше его ростом. Где там неплохо! Похоже было, что, крутясь вокруг неё и катая её на своей технике, уводя, отвлекая её от других ребят, он хотел подрасти, возвыситься хотя бы в собственных глазах и доказать всем, что и при маленьком росте можно быть ловким, удачливым и понравиться красивой девочке.