– А вам тоже пришлось вымокнуть? – поинтересовался Роберт.

Саммиэд вздрогнул от одного только воспоминания.

– Да. Один раз я намочил волосок в моей левой бакенбарде. Это до сих пор чувствуется в сырую погоду. Но я не стал дожидаться. Как только я подсушил свой волосок на солнышке, я отошел как можно дальше от моря, вырыл себе дом в теплом и сухом песочке, с тех пор я там и живу. А потом и море убралось отсюда. Ну вот я вам все рассказал, а теперь довольно.

– Пожалуйста, ответьте ещё всего на один вопрос, – стали упрашивать дети. – Вы по-прежнему умеете исполнять желания?

– Ну, конечно. Разве я не исполнил ваше желание несколько минут назад? Вы пожелали, чтобы я к вам вышел, что я тут же и выполнил.

– А ещё одно можно?

– Ну, хорошо. Только быстро, а то я уже устал.

Но в один момент никто ничего не сумел сообразить. Только Антея вспомнила про одно желание, которое они как-то обсудили с Джейн и о чём они никогда не говорили мальчишкам.

– Ну? – торопил их Саммиэд.

– Мне бы хотелось, – поторопилась ответить Антея, – чтобы мы все стали красавцами и красавицами.

Ребята посмотрели друг на друга, но не заметили ни малейшей перемены.

Саммиэд поднапружился, вытаращил глаза и, надувшись, увеличился в размерах, по крайней мере, вдвое. Потом он выдохнул воздух и сказал огорчённо:

– Ничего не получается… Я совсем, должно быть, разучился.

– Ну, пожалуйста, ну попробуйте ещё раз, – стали упрашивать его ребята.

– Дело вот, вероятно, в чём: надо, чтобы все разом захотели одно и то же. Ваши желания совпадают?

– Да! Да! – поспешили заверить его Антея и Джейн. Мальчики молча кивнули. Они попросту не верили, что Оно сможет сделать их красавцами. А Саммиэд выпучил глаза ещё больше и стал раздуваться, раздуваться, раздуваться.