— Итак, давайте! — крикнул он. — Покажитесь-ка, где вы находитесь?

— Я лежу здесь внизу, за пожарной машиной. Ты можешь меня увидеть?

— Нет, — сказал Касперль, — для этого пожарная машина должна быть стеклянной. И не надейтесь, что кто-нибудь клюнет на вашу глупую выдумку!

— Но это не выдумка! Это чистая, служебная, удостоверенная полицией правда! Прошу вас, поверьте мне и выпустите меня отсюда! Да что же мне сделать, чтобы вы, в конце концов, мне поверили?

Касперль и Сеппель охотно послушали бы его еще минутку-другую. Они были довольны, что разбойник Хотценплотц нынче молил о пощаде.

Однако тут с ратушной башни пробило четверть первого, и им внезапно пришло в голову, что сегодня четверг.

— Скулите себе на здоровье и дальше! — крикнул Касперль через решетку окна. — Но мы с моим приятелем Сеппелем должны, к сожалению, быть дома к обеду, господин старший позормистр Плотценхотц, — или вы вообразили себе, что ради вашей персоны мы лишим себя жареных колбасок?

Новости

Сначала у Касперля и Сеппеля создалось впечатление, будто бабушка ужасно на них разобиделась за то, что они явились домой так поздно. Она неподвижно сидела за кухонным столом и, как показалось, отвечала им полным презрением.

— Бабушка! — сказал Касперль. — Пожалуйста, прости нас, это действительно не наша вина!

Только тогда он заметил, что с бабушкой что-то случилось.

— Ах ты, семерка зеленая! Я почти уверен, что она опять потеряла сознание!

Сеппель указал на пустую сковороду и кастрюлю из-под квашеной капусты.

— Она, наверно, рассердилась из-за того, что мы не явились к обеду вовремя, — высказал он свое мнение. — Тогда она от крайней досады съела все дочиста сама, и ей сделалось дурно.

— Возможно, — сказал Касперль. — Девять жареных колбасок и полная кастрюля квашеной капусты — это для нее несколько многовато.