И совсем по-иному писались другие мои книги. Например - "Пакет". Это была, кажется, уже четвертая из написанных мною книжек. Она почти в десять раз тоньше "Республики Шкид". А писал я эту маленькую книгу - без малого год. Иногда не больше десяти-двенадцати строчек в день получилось. Вы, может быть, думаете, что было так: присел за стол, отмахал свои десять строчек и до свиданья, побежал в кино или на футбольный матч? Нет, в том-то и дело, что эти десять или двенадцать строчек я переписывал не один раз и просиживал над ними по многу часов. Бывало, и ночи напролет на это дело убивал. Почему же так? Разучился писать? Нет, пожалуй, наоборот: к тому времени я уже немножко научился писать. А главное, здесь я не просто списывал с жизни, а выдумывал, сочинял, то есть занимался тем, чем и положено заниматься людям, недаром названным сочинителями.

Но всегда ли успех работы зависит от времени, затраченного на эту работу? Нет, не всегда. Бывает и так, что пишешь долго, а толку нет.

У меня во всяком случае бывало так не один раз. Работаешь над книгой много месяцев. Едешь куда-нибудь за тридевять земель собирать материал. План составляешь. Обдумываешь. Пишешь. Поправляешь. Перечеркиваешь. Потом опять несколько месяцев пишешь. Опять чиркаешь. Начинаешь писать снова... И вдруг в один печальный день видишь: не получается. Не то. Неинтересно. И бросаешь писать. Перевязываешь рукопись веревочкой и пихаешь ее в ящик стола или водружаешь куда-нибудь на шкаф или на антресоли.

У меня, к сожалению, хранится и пылится очень много таких недоростков.

Можно, конечно, этим похвалиться. Вот, мол, какая у меня высокая требовательность! Но справедливее будет поругать себя. Не берись, не подумав, за то, что тебя по-настоящему не волнует. Ведь если не волнует тебя - значит, и читателя не может взволновать. Значит, это никому не нужно - то, что ты сейчас мастеришь.