Тропинка была узкой, а кругом поднимались высоченные деревья. Их ветки сплетались над нами, и казалось, что мы идём по узкому коридору.

— Не нравится мне этот лес, — сказал Ладик, — ни одного листочка.

— А может, тут осень? Листья упали.

— Куда ж они упали? На земле их нет.

Я не знал, что ответить лисёнку. Меня самого страшили деревья, они словно сжимали узкую тропинку.

— Лёш, а ты не знаешь, здесь живут львы? — шёпотом спросил Ладик.

— Львы живут в Африке, а пуговица совсем недалеко откатилась от папиного пиджака. Если боишься, давай повернём назад.

— Очень боюсь, — признался лисёнок, — но, если мы повернём назад, как же мы узнаем, что впереди?

И мы шли и шли…

Вдруг лес кончился. Открылась широченная поляна. На поляне паслись лошади, целый табун.

Лисёнок обогнал меня и побежал к табуну. Я ещё не успел подойти, как Ладик вернулся.

— Они… они, — волнуясь, говорил лисёнок, и кончик хвоста его дрожал, — они совсем деревянные.

И тут я прочитал объявление на небольшой дощечке: «Страна деревянных лошадок». Вот куда мы попали!

— Эй, вы! Эй, лошадки! — крикнул Ладик.

Полное молчание. Ни одна лошадка не шевельнулась, не подняла голову, не махнула хвостом.

Я осторожно приблизился к большому вороному коню. Протянул руку и погладил его. Мне показалось, что конь посмотрел на меня, а потом куда-то дальше, в тот край поляны, что был за моей спиной. Я оглянулся. И не увидел ничего особенного, кроме старого, заросшего мхом пня. Я позвал Ладика, и мы побежали к нему.

— Эй, пень, — сказал я, — если ты что-нибудь знаешь о стране деревянных лошадок, то расскажи нам.

Старый пень закряхтел и заговорил таким скрипучим голосом:

— Это поляна волшебная. Тут всё становится деревянным. Ты, мальчик, тоже скоро сделаешься деревянным, и этот маленький лисёнок.

— Не хочу! — крикнул Ладик. — Не хочу быть деревянным.