- Кажется, в своем рвении защитить цветы ты ухитрился вдребезги разбить целую раму и Бог весть что натворил с помидорами. Не очень-то похвально. Нечего сказать, Ричард, хорошенькое начало каникул! Впрочем, достаточно заглянуть в твой табель, как сразу становится ясно, что ничего другого ожидать не следовало.

- Простите, дядюшка Монтегю. Убытки я возмещу. Боюсь только, что это случится не раньше чем рак свистнет...

Брови у дядюшки Монтегю поползли вверх.

- Еженедельными вложениями, - скороговоркой выпалил Дик. - По три пенса, а три пенса в неделю...

- Как мистер Рядовой Англичанин, о котором столько пишут наши газеты, - вставила Энн.

Дядюшка Монтегю отнюдь не проявил восторга и благодарности, приличествующих мистеру Рядовому Англичанину, услыхавшему о подобных условиях.

- Конечно, из твоих карманных денег будут вычитать, это само собой, - снова загудел он. - Но я уже не в первый раз вынужден выговаривать тебе...- Он произнес свою обычную тираду, которая длилась не менее пяти минут и закончилась словами: - И я вовсе не намерен возвращаться к этому сызнова. Извольте-ка отдать свое ружье.

- Но, дядюшка!..

- Да-да, изволь отдать ружье.

Дик неохотно вытянул из штанины свое оружие, поспешно заправив вылезший вместе с ним угол серой рубашки.

- А вы вернете?

- Разумеется, нет!

Дик шагнул вперед; губы у него были плотно сжаты. Он попытался выхватить у дядюшки ружье, но тот поднял его выше.

- Отдайте! Вы не смеете! Мне подарил его отец! Перед самой смертью.

- Неправда, Ричард. Я отлично помню, как ты сам покупал его в Бристоле.

- Ну и что же, а деньги-то мне прислал отец. Из Мельбурна. Все равно оно мое.

Дядюшка Монтегю повернулся на одних каблуках и величественно зашагал вдоль по тропинке. Дик и Энн поспешили за ним.