— Спасибо тебе за сочувствие. Как бы я хотела, чтобы ты погостил у нас в более счастливые времена. И спасибо тебе за то, что ты так хорошо ладишь с Кристофером.

Муравьишка на секунду замялся, потом прошел через кухню и бережно положил руку на плечо Анны.

— Миссис Лэр. Там, откуда я приехал, у меня почти нет родных. И я очень благодарен вам за то, что вы на несколько дней стали моей семьей.

— Мы всегда тебе рады.

Муравьишка улыбнулся.

— Да, я это чувствую, — сказал он. — Ваша любовь и забота так велики, что распространяются далеко за пределы вашей семьи. Это великая сила, миссис Лэр.

Анна медленно покачала головой.

— Иногда любовь приносит только боль, — произнесла она, так тихо, что Корнелия едва ее расслышала. — Я бы меньше боялась, если бы не любила его так сильно.

Ирма тяжело вздохнула, и Корнелия жестом показала ей, чтобы та не выдала себя. Анна Лэр не знала, что ее дочь была на кухне и слышала каждое ее слово, и важно, чтобы она никогда этого не узнала.

Муравьишка деликатно взял миссис Лэр за плечи.

— Анна, пожалуйста, посмотрите мне в глаза, — попросил он. И голос его был голосом взрослого человека, а не того юнца, которого чародейки взяли в свой мир из Орбиса. И, когда миссис Лэр, не ожидавшая такого спокойного и уверенного тона, подняла глаза, Муравьишка произнес: — Ваш муж вернется целым и невредимым. Я вам обещаю.

— Откуда ты знаешь?

— Этого я не могу вам сказать, но… я знаю.

Миссис Лэр снова покачала головой, но на этот раз изумленно.

— Я тебе верю, — сказала она, словно удивляясь самой себе. — Я и правда тебе верю.

Муравьишка убрал руки с ее плеч и снова стал выглядеть юным и смущенным мальчишкой.

— Мне пора, — сказал он, по обыкновению вежливо поклонившись. — Нельзя опаздывать.

— Да, — кивнула миссис Лэр. И очень тихо добавила: — Спасибо тебе.

Муравьишка распахнул входную дверь. На этот раз он держал ее открытой несколько дольше обычного, но миссис Лэр ничего не заметила.