К счастью, всё прошло как нельзя лучше. Шаловливая Дымка лихо разъезжала по цирковой арене на двухколёсном велосипеде, а строгий Буркет с милицейской палочкой в лапе регулировал движение.
Потом оба медвежонка взбирались на большие шары и, стоя на задних лапах, катали их по кругу.
После катания на шарах Дымка становилась на передние лапы и бежала по барьеру, как заправский акробат. В конце номера медведи танцевали вальс, кувыркались и кланялись публике.
Буркет и Дымка были первыми моими питомцами. Я их очень любил, много лет выступал с ними. А когда они стали старенькими и уже не могли исполнять трюки, я не сдал их в зоопарк, а перевёл на пенсию – ухаживал за ними, хорошо кормил и всюду возил с собой. Друзей в беде никогда нельзя бросать.
Случай на рынке
В конце войны приехали мы на гастроли в Среднюю Азию, в город Алма-Ату. А выступать негде – здание цирка занято под военный склад.
Пришлось расположиться в центре рыночной площади под открытым небом, благо солнышко южное жаркое, дождей почти нет. Азиатский рынок – красочный, людный, шумный. На лотках горы румяных яблок, пунцовых помидоров, жёлтых ароматных дынь, зелёных в тигриную полоску арбузов. Тут же торгуют полосатыми халатами, цветастыми тюбетейками, глиняными мисками и кувшинами. У цирка чайхана, где можно утолить жажду душистым зелёным чаем. Справа, неподалёку от нашей кассы, прямо на земле, расстелен небольшой ковёр. На ковре сияют всеми цветами радуги хрустальные графинчики, фарфоровые чашки, блюдца, разноцветные фаянсовые блюда, стеклянные вазы. Продаёт этот хрупкий товар крикливый весёлый толстяк в засаленном халате и сдвинутой на затылок розовой тюбетейке. А мимо торговых рядов течёт бесконечный поток покупателей. Гудит базар, как пчелиный улей. Звучит казахская, туркменская, русская речь. Каждый торговец громко расхваливает свой товар.