Под славным городом под Киевом,

На тех на степях на Цыцарскиих

Стояла застава богатырская;

На заставе атаман был Илья Муромец,

Податаманье был Добрыня Никитич млад;

Ясаул Алеша, поповский сын;

Еще был у них Гришка, боярский сын,

Был у них Васька долгополый.

Все были братцы в разъездьице:

Гришка боярский в-те-поры кравчим жил;

Алеша Попович ездил в Киев-град;

Илья Муромец был в чистом поле,

Спал в белом шатре;

Добрыня Никитич ездил ко синю морю,

Ко синю морю ездил за охотою,

За той ли за охотой за молодецкою;

На охоте стрелять гусей, лебедей.

Едет Добрыня из чиста поля,

В чистум поле увидел скопыть

Скопыть велика – пол-печи.

Учал он скопыть досматривать:

«Еще – что же то за богатырь ехал?

Из этой земли из Жидовския

Проехал Жидовин могуч богатырь

На эти степи Цыцарские!»

Приехал Добрыня в стольный Киев-град,

Прибирал свою братию приборную:

«Ой вы гой еси, братцы ребятушки!

Мы чту на заставушке устояли?

Чту на заставушке углядели?

Мимо нашу заставу богатырь ехал».

Собирались они на заставу богатырскую,

Стали думу крепкую думати:

Кому ехать за нахвальщиком?

Положили на Ваську долгополого.

Говорит большой богатырь Илья Муромец,

Свет-атаман, сын Иванович:

«Неладно, ребятушки, полужили;

У Васьки полы долгие:

По земле ходит Васька, заплетается;

На бою, на драке заплетется;

Погинет

Положились на Гришку на боярского:

Гришке ехать за нахвальщиком,

Настигать нахвальщика в чистом поле.

Говорит большой богатырь Илья Муромец,

Свет-атаман, сын Иванович:

«Неладно, ребятушки, удумали;

Гришка рода боярского:

Боярские роды хвастливые,

На бою-драке призахвастается,

Погинет Гришка по-напрасному».

Положились на Алешу на Поповича: