– Вот за что я тебя люблю, так это за непредсказуемость и умение быть разной, – расхохотался Невский. – То скромная и невинная, как примерная смольная институтка из рода Растопчиных, а то ругаешься, как пьяная лярва со Староневского. Но, как ни странно, меня это ничуть не коробит. Я тебе даже больше скажу. Раз пошла такая пьянка, открою страшную мужскую тайну. Пай-девочек мужики действительно любят, но больше разумом и ушами, чем членом. Настоящая темпераментная женщина должна обязательно быть немного сучкой. В меру развязной в манерах, в меру дрянной. Но именно в меру. Понимаешь, о чем я, солнце? А жаркий мат во время секса, сударыня, мужчин, как правило, о-очень возбуждает. Вы не замечали?

– Замечали. Кончай валять дурака, Владик. Одевайся, – вздохнула Алла, снова нацепив маску строгого секретаря. Глянула на большие антикварные часы с маятником. – Через две минуты у тебя встреча с этим карманным фашистом, Карташовым. Он наверняка уже сверкает своей лысиной в приемной. Влад, умоляю. Не ломай комедию, проехали. Уже не смешно. В конце концов, почему я тебя уговаривать должна? Кому это нужно? Кто из нас босс, м-м?

– Все, все, все! – бывший бандит, а ныне – преуспевающий глава холдинга «НВК-система» поднял валяющиеся на ковре брюки и принялся торопливо одеваться. – Слово секретаря – закон для любого настоящего начальника. Как ты говорила: «На то и щука, чтобы карась не дремал»? Вот-вот.

– Только крестик в стол спрячь. И помаду с шеи смыть не забудь, карасик мой зубастый, – улыбнувшись, предупредила Аллочка, кивнув на офисный шкаф в дальнем углу просторного кабинета. За ним, легко отходящим в сторону, невидимая для посторонних, находилась дверь, за которой, в свою очередь, располагался персональный санузел, включающий не только раковину и «каменный цветок», но даже душевую кабинку.