Открылась тяжёлая дверь, и перед глазами изумлённого мальчика предстал удивительный мир.

Прямо перед ним два бурых медвежонка схватились в обнимку. Их старший братишка-нянька не спускал глаз с озорников, а медведица-мать развалилась на пригорке и дремлет.

А там, немножко дальше, два тигра — один на скале, другой внизу — оскалили зубы, — сейчас кинутся друг на друга… Мальчик, крадучись, прошёл мимо них. В страхе оглянулся. А вдруг кинутся? Нет, не кидаются, — так и остались…

Вот высоко в воздухе застыл без движения орёл. Вот взлетевшая утка замерла над гнездом; в гнезде — яйца. Мальчик быстро протянул руку за ними — и пальцы больно ударились о что-то крепкое, холодное…

Стекло. Все звери и птицы за стеклом!

Неужели они не живые? Тогда, наверно, они заколдованы, как в сказке. Узнать бы такое волшебное слово, чтобы разом всех оживить. Кто научит его этому слову?

Мальчик попал в Зоологический музей Академии наук. Здесь работал его отец — русский учёный-естествоиспытатель. В доме напротив родился в 1894 году мальчик — будущий писатель Виталий Валентинович Бианки.

С природой его познакомил отец. Он брал сына с собой на охоту и на прогулки. Называл ему каждую травку, каждую птицу и зверюшку. Научил его узнавать птиц по полёту, зверя — по следу и — самое главное — научил сына записывать свои наблюдения.

К двадцати семи годам жизни у Виталия Валентиновича Бианки накопились целые тома дневников. И опять, как в детстве, ему захотелось найти то волшебное слово, которое заставило бы ожить всех этих птиц и зверей.