И вдруг луч ложится на стену. Как же быть?! Ведь так хочется погреться на солнышке…
– Эх!
И я забираюсь на стену!
Там тепло-тепло, даже спать хочется. Я засыпаю и не слышу, как в комнату входит мама.
– Ты зачем на стену забрался?! – спрашивает она.
– На солнышке греюсь, – говорю я, открывая глаза.
– Солнце уже на потолке, – говорит мама.
И правда, пока я лежал на стене, солнце на потолок убежало.
– В новой рубашке на потолок не лезь, – строго говорит мама. – Перепачкаешься в побелке.
– Ладно, – соглашаюсь я. И одеваю старую, рваную рубаху.
Шкаф
Мы купили новый шкаф. С ящиками, дверцами и ручками. Шкаф как шкаф. Но лучше старого.
– Куда же девать старый? – спрашивает мама.
– А мы его с балкона сбросим, – говорит папа.
– Да, на голову управдому Федоскину, – говорит мама. – Может, хоть это чуточку встряхнёт его, и он вспомнит, что обещал заменить нам кран.
Я испугался за управдома Федоскина. Он хоть толстый и ленивый, но добрый. Выбежал я на улицу и встал под нашим балконом. А тут как раз Федоскин идёт. Я и говорю:
– Федоскин, вы здесь не ходите. Папа собирается шкаф с балкона скидывать.
– Это ещё что такое? – кричит Федоскин. – По какому праву?
А я и говорю:
– Шкаф-то совсем старый, никуда не годный.
– Старый-то он старый, – рассуждает Федоскин. – А по голове хлопнет не хуже нового. Это самое настоящее хулиганство. Надо протокол составлять и штраф взимать.
Федоскин ушёл составлять протокол, а я ещё постоял немного, подождал, пока шкаф с балкона вылетит. Но он всё не вылетал и не вылетал.