- И мыло возьми заодно.

- А где оно - мыло?

- Что ты - не видишь? Вон оно под роялем плавает.

А звонок опять:

"Дз-з-зинь!.."

- Ну что ж, - говорит Тамарочка. - Надо, пожалуй, идти. Я пойду открою, а ты, Белочка, поскорей дотирай пол. Как следует, смотри, чтобы ни одного пятнышка не осталось.

Белочка говорит:

- Тамарочка, а куда же скатерть потом? На стол?

- Глупая. Зачем ее на стол? Пихай ее - знаешь куда? Пихай ее подальше под диван. Когда она высохнет, мы ее выгладим и постелим.

И вот пошла Тамарочка открывать. Идти ей не хочется. Ноги у нее дрожат, руки дрожат. Остановилась она у двери, постояла, послушала, вздохнула и тоненьким голоском спрашивает:

- Мамочка, это ты?

Мама входит и говорит:

- Господи, что случилось?

Тамарочка говорит:

- Ничего не случилось.

- Так что же ты так долго?.. Я, наверно, двадцать минут звоню и стучу.

- А я не слышала, - говорит Тамарочка.

Мама говорит:

- Я уж бог знает что думала... Думала - воры забрались или вас волки съели.

- Нет, - говорит Тамарочка, - нас никто не съел.

Мама сетку с мясом на кухню снесла, потом возвращается и спрашивает:

- А где же Белочка?

Тамарочка говорит:

- Белочка? А Белочка... я не знаю, где-то там, кажется... в большой комнате... чего-то там делает, я не знаю...

Мама на Тамарочку с удивлением посмотрела и говорит:

- Послушай, Тамарочка, а почему у тебя такие руки грязные? И на лице какие-то пятна!

Тамарочка за нос себя потрогала и говорит:

- А это мы рисовали.

- Что ж это вы - углем или грязью рисовали?

- Нет, - говорит Тамарочка, - мы карандашами рисовали.

А мама уже разделась и идет в большую комнату. Входит и видит: вся мебель в комнате сдвинута, перевернута, не поймешь, где стол, где стул, где диван, где этажерка... А под роялем на корточках ползает Белочка и что-то там делает и плачет во весь голос.