Катя с Сергеем стали запрягать, а девчонок попросили отойти подальше: мало ли что? Лена представляла себе родео: Уля и Путя встанут на дыбы, протестуя против непривычного хомута, но ничего подобного не случилось.

Пристегнули вожжи. Кобылы стояли спокойно: вчера специально на них верхом ездили далеко за город, в лес, чтобы, как выражалась Катя, «у этих девчонок» дури поубавилось. Потом Ирина Ивановна залезла на облучок, подобрала вожжи, и Катя с Сергеем, державшие кобыл под уздцы, отошли.

– Ну что, попробуем? – спросила Ирина Ивановна непонятно у кого.

Сергей, а за ним, поразмыслив минутку, и Катя вскочили на пассажирские места.

– От винта! – крикнул Сергей, и Ирина Ивановна шлепнула кобыл вожжами по бокам, посылая вперед.

Худо-бедно они проехали два круга по полю стадиона. Лошадям было непривычно тащить тяжелый фаэтон, к тому же они не сразу смогли приноровиться идти в ногу: какая-нибудь обязательно отставала.

Девчонки и Женька стояли у конюшни и смотрели на это действо, переговариваясь:

– А ничего идут.

– Красиво смотрятся.

– Вот бы покататься!

– Накатаемся еще.

А потом, подъехав, Ирина Ивановна сказала:

– Мы попробуем проехать по дорожке к воинской части, а вы чистите остальных, седлайте, поедете в город – народ катать.

– А Женька-то, Женька-то наш каков, а? Городской теперь! – Аня подмигнула Лене.