— Верно, верно, — согласился Ринкитинк, а потом, немного подумав, обратился к принцу: — Как ты полагаешь, Инга, в самом крайнем случае мы ведь можем съесть Билбила, не так ли?

— Чудовище! — простонал козел, с упреком глядя на своего хозяина. — Неужели ты способен слопать своего старого слугу и друга?

— Только в самом крайнем случае, — весело отвечал король. — Ты ведь небось страшно жесткий, а зубы у меня уже не те, что раньше.

Пока король и козел обменивались любезностями, Инга вдруг вспомнил о трех жемчужинах, что его отец хранил в тайнике под полом банкетного зала. Ну конечно же, король Киттикут не успел достать заветные талисманы, иначе бы захватчики с позором убрались восвояси. Значит, жемчужины по-прежнему там, и, если их отыскать, они могут принести много пользы ему и его товарищам. Но дворец превратился в руины, и теперь будет нелегко рыться в обломках.

Он не сказал ни слова о жемчужинах Ринкитинку, помня, что отец предупреждал его помалкивать об этих талисманах. И тем не менее мысль о них вселила в мальчика — новую надежду.

Он встал и сказал Ринкитинку:

— Давайте вернемся на северную часть острова, туда, где стоял дворец моего отца. Несмотря на всю разруху, там как-то лучше. Кроме того, кто знает, вдруг мы отыщем там выход из наших затруднений.

Ринкитинк ничего не имел против, и маленький отряд тотчас же двинулся на север. Ничто по пути не задерживало и не отвлекало путников, и к середине дня они снова оказались у дворцовых руин.

К их глубокому облегчению, выяснилось, что в одной из комнат дворца вполне можно жить, хотя крыша была повреждена, а пол усыпан камнями. Король сказал, что слишком тучен, чтобы работать, и потому он уселся на кусок мрамора и смотрел, как мальчик очищает комнату от хлама. Когда комната приняла более или менее приличный вид, Инга прошел по развалинам и обнаружил кресло и табуретку, которыми все-таки можно было пользоваться. Затем он отыскал кровати и матрасы, так что к вечеру они устроились даже с некоторыми удобствами.