– Пожалуй, сегодня я уже не буду обрезать кусты, – сказала она задумчиво и опустилась на диван, а сын устроился рядом. Он любил, когда они вот так просто сидели и болтали. Из динамиков компьютера то и дело раздавались выстрелы: «Тра-та-та-та». Похоже, настырный ребенок обнаружил где-то в лабиринтах второго уровня пулемет.

За окном постепенно смеркалось, и красный диск солнца был уже где-то над Варяжьим лесом. Лес так назывался потому, что за ним начинался поселок Варягово.

– Знаешь, я где-то читала, что для того, чтобы мы, русские, сохраняли свою численность, в каждой семье должно быть не меньше двух, а то и трех детей. А если в семье единственный ребенок, то получается, что у двух людей – папы и мамы – рождается один будущий гражданин, и через три поколения нация может уменьшиться в четыре раза, а потом и вообще исчезнуть, – сказала мама.

– Именно поэтому мы вместо мастино завели Липучку? – улыбнулся Юра.

– Она сама завелась. По-моему, девочка намного лучше любого щенка. И не называй ее так, а то она обижается. – Мама встала, подошла к стулу и ласково поцеловала дочку в макушку.

Та недовольно затрясла головой: когда на тебя лезет широкомордый автоматчик, строча из «шмайссера», не до нежностей. Лена нажала на пробел, высадив пол-обоймы из пулемета, и автоматчик расползся по стене красной кляксой.

– Вот теперь можешь меня поцеловать! – милостиво разрешила дочь.

– И как тебе могут нравиться эти стрелялки? – поморщилась мама. – Заканчивай! Хватит на сегодня. Тебе пора спать!

Не прекращая играть, расстреливая монстров, Липучка решила расхныкаться и выпросить еще пять минут, но мама была непреклонна, и дочка, со вздохом выключив компьютер, отправилась чистить зубы.

Вскоре Лена уже спала, свернувшись калачиком, зарывшись щекой в подушку и уютно посапывая. Девочка раскраснелась, а ее русые волосы свободно разметались.

– Ну разве не красавица? Просто вылитый ангелочек, – умилилась мама, поправляя одеяло.