Мурильо, не будь он котом, стал бы помогать хозяину растирать краски, сбивать подрамники, натягивать холсты и покрывать их льняным маслом, затем рисовать - сначала карандашом, потом углем* или сангиной* и наконец - красками. Тогда бы появился однажды на картине пес Мулей и улыбнулся бы своей деревенской простой улыбкой до ушей, и сказал бы: "Привет, Мурильо Второй!.. Как поживаете? А ведь не полицейские тогда скрутили воров, а? Мы-то знаем! Рррр!"

И Мурильо ему ответил бы:

"Привет, сеньор Мулей! Да, Слава тогда досталась не нам, зато нам досталась Тайна! Не так уж и мало, если вмешиваешься в дела людей! Мррр!.."

СКАЗКИ БИБЛИОТЕЧНОГО ПОПУГАЯ

1.

Был поздний Рождественский вечер в одной из комнат Стокгольмской Королевской библиотеки. Бесконечные ряды книжных полок уходили вверх к почти недосягаемому потолку. Где-то там бледно горели пыльные люстры скорее для обозначения потолка, чем для освещения комнаты. Поэтому на небольшом письменном столе, за которым сидел почтенного вида старик, ярко горела старинная бронзовая лампа. Она освещала его морщинистые руки, белую бороду и несколько рассыпанных фолиантов. Старик что-то горестно и безысходно бормотал, качал седой бородой, внимательно рассматривал сильно потрепанные пожелтевшие страницы сквозь толстое увеличительное стекло.

Рядом с ним, на спинке соседнего кресла сидел старый попугай, который жил в Библиотеке, может, полвека, а может, и все три, а может, вечно.

Архивариуса звали Йоргенсом Нильсоном, а попугая - Арчибальдом. Он долго наблюдал за огорченным ученым и наконец спросил:

- Вы чем-то расстроены, мэтр?

- Увы! - развел руками Архивариус. - Проклятые мыши съели очень ценные книги.

- Наверное, оттого, что их не кормили, - резонно заметил попугай.

- Кого?! - удивился господин Нильсон.