Переходный возраст? — переспросила Лика.

Ну да. Ты из ребенка переходишь во взрослого человека.

Соломатина вздохнула.

— И долго я буду переходить?

Пока не перейдешь, — ответила Орешкина. — У всех это по-разному длится. Одни за полгода переходят, а другие за всю жизнь не могут перейти.

— Кошмар. Представляешь, все время хочется кричать, топать ногами, посылать всех к черту…

Катька кивнула.

Представляю. Сама через это прошла. Сейчас у тебя в организме происходят физиологические изменения. И эти изменения болезненно отражаются на психике. Так в учебнике по психиатрии написано.

А ускорить этот процесс никак нельзя?

В принципе, можно. Надо, чтобы твоя неврологическая доминанта переместилась с физиологического уровня на…

Кончай умничать, — перебила Лика. — Говори нормальным языком.

— В общем, тебе надо сменить обстановку.

Развеяться… Ты на каникулах куда собираешься?

— На Канары. С родителями.

Орешкина задумчиво покрутила прядку волос у правого уха.

А что если тебе это лето без родителей провести?

Без родителей?

У Соломатиной так вопрос вообще никогда не стоял. Наступало лето, и она вместе с папой и мамой отправлялась за границу. Юрий Владимирович, Ликин отец, был талантливый изобретатель и получал за свои изобретения солидный процент от прибыли. Поэтому семья Соломатиных могла себе позволить съездить на Канары или на Багамы.

Обычно Лика с нетерпением ждала этих поездок. Но в этом году предстоящее путешествие на Канарские острова ее совсем не радовало. А наоборот, как и все остальное, раздражало.

«Опять тащиться на эти чертовы острова, — с тоской думала она, — жариться там на солнцепеке, купаться в этом дурацком океане. Да еще и слушать постоянное брюзжание матери: „Анжелика, сейчас же надень панамку… Не заплывай так далеко, Анжелика…“