Через минуту Зефиров вернулся.

Представляете, кто-то сорвал стоп-кран. Причем в нашем вагоне.

Да что вы говорите? — Лика изобразила на лице удивление. — А зачем?

Кто ж его знает.

Поезд плавно тронулся с места. И начал быстро набирать скорость.

"Успела Ленка выпрыгнуть или не успела? — с тревогой думала Соломатина. — Успела или не успела?.."

— Смотрите, что мне проводник дал. — Леденец показал плоскогубцы. — Теперь я ваш замочек мигом починю.

— Классно. — Лика встала. — Я сейчас приду.

Выйдя из купе Зефирова, она чуть ли не бегом направилась к своему купе.

Подергав ручку, Соломатина поняла, что дверь закрыта на замок. Она постучала. Два удара, пауза, еще два удара.

— Лика, ты? — раздался из-за двери напряженный голос Орешкиной.

— Я.

Дверь открылась. Лика быстро вошла.

— Ленка выпрыгнула? — первым делом спросила она.

— Наверное. Я не знаю.

— Ты разве не проверила?

— Какой там "проверила". Меня чуть не застукали, когда я стоп-кран дергала. Хорошо, он напротив наших дверей расположен. А ты как?

— Нормально.

— О чем говорили?

— Стихи мне читал. Маяковского, потом Пушкина.

— Надо же, какой культурный киллер, — поразилась Катька. — А еще что?..

— Спрашивал, сколько мне лет, куда еду…

— Надеюсь, ты не сказала, что в Гусь-Франковск?

— Что я — дура? Я сказала, в Ростов.

— Молодец.

Лика без сил опустилась на сиденье.

— Ой, я так дергалась. Мне ведь никогда не приходилось с убийцами разговаривать.

— Думаешь, я не дергалась? Мне тоже никогда не приходилось поезда останавливать.

— Ты же говорила, электричку два раза останавливала.

— Это я от фонаря ляпнула. Чтоб вас с Ленкой подбодрить. — Орешкина вытянула вперед руки и растопырила пальцы. — Видишь, как руки трясутся.