Или, вернее, почти не было. Или, что еще вернее, они были, но из-за давней ссоры все отношения меж ними и паном Румпелем были порваны. В память о своих былых подвигах адмирал хотел назвать сына громким именем – Гроза Полосатых Корсаров. Подумав, он решил, что это слишком претенциозно, и сократил до более выразительного и лаконичного – Гроза Полосатых. Поразмыслив еще, он пришел к выводу, что, пожалуй, имя Гроза – женского рода и мало подходит для мальчика. Решив к тому же, что его сын наверняка свяжет свою судьбу с королевским флотом, он окрестил котенка простым и очень морским именем – Полосатый.

Таким образом, в книге нотариуса появилось два новых имени: Рыжий (ибо пани Коржикова все же устроила скандал мужу) и Полосатый.

Оба малыша росли как на дрожжах, хотя и в совершенно разных условиях. Виллибальд Коржик получал разностороннее гуманитарно-физическое воспитание, приличествующее котенку из высокой семьи. В частности, он был неподражаем в сложной игре «Бантик на веревочке», сносно пел романсы о любви на крыше и умел восхитительно улыбаться любой дворовой кошке, не теряя при этом достоинства дворянина. В общем, он был добрый и храбрый котенок, единственным слабым местом которого была любовь ко всему романтическому.

Но если воспитанием Рыжего занимались гувернантки и приглашенные учителя, то за воспитание Полосатого взялся сам адмирал. Полосатый спал в гамаке, гулял в любую погоду, лихо расправлялся с рыбой, пел пиратские песни, мог перечислить достоинства любого судна и неплохо владел основами английского бокса. Это был крепкий, практичный котенок, готовый к любым ударам судьбы и сам умеющий наносить ей удары. Два героя никогда не встречались, так как жили на разных берегах Розового озера. Длительные прогулки по побережью и в лесу были запрещены Рыжему, а Полосатый пока просто не доходил до окрестностей замка.

Надо отметить, что гуляния эти были довольно рискованными. В лесах попадались шайки бродячих собак – рейнджеров, а на побережье шныряли бездомные коты, изображавшие попрошаек, но на деле мало чем отличавшиеся от разбойников.