– Геннадий Николаевич, пожалуйста, останьтесь после уроков! – налетели на другой день ученики на учителя, словно рой пчелиный гудящий. Каждый жужжал, гудел: – Ну-у пож-жалу-уйс-ста, ос-станьтес-сь! У нас-с мыс-сль, уж-жас-с какая интерес-сная!

Удивлённый учитель вернулся в класс.

В мгновение ока все расселись по своим местам и принялись молчать так красноречиво и вежливо, как будто набрали в рот воды.

– Странно, – сказал учитель, – ничего не понимаю. Зачем же вы оставили меня после уроков? Коля, ты больше всех горячился?

Все сразу повернули головы в сторону Коли Лаврушенко. Коля сделал огромные непонимающие глаза: когда я горячился, да в жизни я не горячился! Однако все знали, что горячился и даже ещё сейчас не успел остыть.

– Геннадий Николаевич, а вы помогите нам историю одну записать! – выкрикнул смело Алик Егозихин. – Честное слово, мы вас недолго задержим. Раз – и всё! И дело будет у нас в шляпе, как говорил Влад.

– Какую, Алик, историю? Какой Влад?

– Которая с Геошкой произошла и с Пантей. А ещё с Колей Лаврушенко и со всеми нами и с нашими врагами Псами-рыцарями из второго «а». Уж-жас-с какая невероятная история! Мы вчера сами записывать её пробовали, да у нас получилась сплошная каша. И мы всё разорвали.

– Зачем записывать? – удивился учитель. – Давайте лучше устно. Я с удовольствием послушаю вашу невероятную историю. Думаю, нам с вами этого за глаза хватит и за уши.

– Нет, не хватит, – не согласился Алик. – Вы же ещё, Геннадий Николаевич, про это пока не знаете, а говорите. Надо обязательно её записать: мы вчера уже пообещали одним первоклашкам. А во-вторых, Вася Поперечный, например, тоже от всего, что было, теперь отпирается.