– Так в Центре останься, – предложил Сашка, – а потом, когда нормальным станешь – вернешься.

– Нет, я лучше домой пойду, – покачал головой черт, – мои меня вроде и любят, но стали сторониться. Вот и хочу показать, что я все тот же, просто изменился немного. Эх, а бабка совсем очумела, когда узнала в кого я здесь перекинулся. Представляешь, принесла сюда целый бидон святой воды и меня окатила. Она что думала, что я в человека сразу же перекинусь? Вот дура. А потом молитвы читала. Но ничего выйду, в церковь схожу, думаю, и родители, и бабка успокоятся.

– А тебя туда пустят? – с сомнением спросил Сашка, – я слышал, священники не очень любят, когда к ним перекинувшиеся черти заваливаются.

– Да нет, у меня с этим в порядке, – черт впервые улыбнулся, – батюшка умный. Он говорит, что у Господа открыты ворота для всех, даже для тех, кто не выглядит как человек.

Дверь открылась и в палату вошел мальчик. Немного старше их, на год или полтора, не больше. Он с интересом посмотрел на Сашку, но обратился к черту:

– Васек, газировка осталась?

– На, – вытащил Васька из тумбочки большую пластиковую бутыль, – пей до конца. А то все равно выдохнется.

– Привет, – поздоровался мальчик со Сашкой, предварительно сделав большой глоток, – меня Игорек зовут, два дня уже тут, перекидка завтра, – коротко рассказал он о себе.

– У меня тоже наверно завтра, – сообщил Сашка.

– Слышь, Васек, оставайся. Тебя же родичи живьем съедят. А так живи в Дальнем корпусе, к тому же в школу тащиться не надо… Я слышал, там – зашибись, отдельный номер у каждого. Плюс все радости жизни – телек, комп с играми и Интернетом. Спортзал тоже есть, если мяч погонять захочешь, – с ленью проговорил Игорь.

– Нет, – твердо покачал головой Васька, – это мне, наверное, испытание такое дано. Пройдешь, значит сильный, а нет – слабак. Конечно можно и в Дальнем остаться, но в школе не поймут. В классе у нас нормально к изменившимся относятся, – продолжал размышлять вслух Васька, – эх, если бы я в ангела перекинулся, тогда другое дело. В хор бы записался, в церкви, куда я хожу, четыре ангела поют, офигеть, заслушаешься.