С перевязи свисали семь цилиндрических мешочков все увеличивающихся размеров, начиная с самого маленького, размером с пузыречек для лекарств, и кончая большим, размером с консервную баночку. Сабриэль открыла самый маленький и вынула крошечный серебряный колокольчик с темной, хорошо отполированной ручкой красного дерева. Она легонько тряхнула колокольчик, его язычок чуть коснулся металла стенок, и он издал высокую приятную ноту, которая долго еще продолжала звучать в голове, даже после того, как звук замолк.

— Папины инструменты, — прошептала Сабриэль. — Инструменты волшебника.

— Но и на колокольчике, и на ручке выгравированы знаки Хартии! — заметила магистрикс, которая как зачарованная смотрела на Сабриэль. — Волшебство — это Свободная магия, не управляемая Хартией…

— Отец был особенным, — отстраненно ответила Сабриэль, все еще разглядывая колокольчик и вспоминая загорелые, длинные пальцы отца, державшие его. — Он был верным слугой Хартии.

— Ты собираешься нас покинуть? — внезапно сказала магистрикс, увидев, как Сабриэль поднимается с пола с мечом в одной руке и с колокольчиками в другой. — Это отразилось в колокольчике. Я только что видела, как ты проходила за Стену…

— Да. В Старое Королевство, — ответила неожиданно понявшая все Сабриэль. — С отцом что-то случилось, но я найду его и — клянусь Хартией — все вынесу.

Она тронула знак Хартии на своем лбу, который засверкал и затем погас, будто его никогда там не было. Магистрикс кивнула, тронула рукой свой лоб, где тоже загорелся и погас знак. Как только он погас, отовсюду в спальне раздались шелестящие звуки и робкое хныканье.

— Я закрою дверь и все объясню девочкам, — сухо сказала магистрикс. — А тебе лучше пойти и подготовиться к завтрашнему дню.

Сабриэль кивнула и ушла, пытаясь сосредоточиться на подготовке к путешествию. Надо было заставить себя не думать об отце. Рано утром она доедет на такси до Бэйна, ближайшего городка, потом в автобусе доедет до границы Анселстьерры, в то место, что рядом со Стеной. Если повезет, она будет там в полдень.