- Ничего не поделаешь, - согласился я.

Тут вошли Ольгин папа и Ольгина мама и говорят:

- Прощайтесь, дети.

- Нет ещё, - попросили мы. - Мы пойдём вместе на вокзал.

Тогда Ольгин папа взял один маленький чемодан, Ольгина мама взяла другой чемодан, а мы взяли продуктовую сумку, каждый за одну ручку, и все пошли на вокзал.

Мы шли и оглядывались.

Потом пошли не оглядываясь, и только сирень из сада провожала нас запахом. Она пахла так сильно, что проводила нас до самого вокзала.

Подъехал паровоз и выдохнул пар:

- Ф-ф-ф-ф-ф-фу! Сирень, отправляйся домой!

А сирень всё не уходила.

- Ф-ф-ф-ф-ф-фу! Сирень, отправляйся домой!

А сирень не уходила и не уходила. Паровоз выдохнул пар в третий раз. И кондуктор сказал:

- Начинается посадка!

- Хоть бы теперь он окликнул нас, хоть бы теперь показался! - воскликнула Ольга. - Златушик! Милый Златушик!

- Златушик! Милый Златушик! - позвал я. - Не потеряйся навсегда! Откликнись! Покажись!

Но Златушик не откликнулся. Златушик не показался.

Все быстро поднялись в вагон, и дверь захлопнулась. Ольгин папа хотел открыть окно, но у него ничего не получалось, раму заело...

Поезд тронулся.

И вдруг откуда ни возьмись, нежданно-негаданно где-то рядышком послышалось:

- Зла-ту-ш-ш-шик, Зла-ту-ш-ш-шик, Злату-уу-уушик!

- Откликается! - закричал я. - Ты слышишь, Ольга?

Как раз в эту минуту Ольгиному папе удалось наконец опустить раму в другом окне, и он поднял Ольгу на руках.

- Златушик откликается! - закричала Ольга.

- Он в поезде! Вдруг он покажется тебе! Осмотри всё как следует, может, хоть ты его увидишь! - кричал я.

- Нет, он на вокзале! Осмотри всё как следует, может, хоть ты его увидишь! - кричала Ольга и не искала Златушика.

И я тоже не искал.

Пожалуй, потому, что поверил старому библиотекарю: то, что видит только один, не может быть так же интересно, как то, что видят двое.