— Мистер Уигнатт, станьте у третьей базы, — гаркнул мистер Олафсон. Он раскраснелся, и его светлые глаза приобрели слегка безумное выражение. Перевеса в пять очков команда «Рустерс» добилась впервые за весь сезон.

— Папа, ведь это я третий, — возразил Кайл.

— Третий-то ты третий, вот только в чем? Присядь, сынок — ты в ауте. Давай, Уигнатт, выноси свою искусственную задницу на поле. — Мистер Олафсон подтолкнул Тора к третьей базе, но взглянул на Этана и заколебался. — И это… загрузи свою полевую программу.

— Есть, сэр, — бодро ответил Тор.

У Этана забилось сердце. Что, если «Рустерс» удержит свой перевес? И добавит к счету еще несколько ранов? Если мистер Олафсон со спокойной душой вводит Тора в игру с разницей в пять очков, сколько очков понадобится ему, чтобы ввести Этана? Этан ничуть не сомневался в своей способности свести на нет преимущество в шесть, семь и даже восемь очков.

Его опасения крепли при каждом взгляде на трибуну, где сидел его отец с широченной улыбкой на лице. В своей половине пятого иннинга они добавили к счету еще два рана, и Этан начал тихо паниковать. Мистер Олафсон то и дело посматривал в его сторону. За два иннинга до конца игры «Энджелс» ввела нового питчера, и Дженнифер Т. снова вышла отбивать. На этот раз она впечатала мягкий драйв глубоко в траву на левой стороне и в мгновение ока домчалась до базы. Еще два рана — и счет стал 11:2. Этан снова бросил взгляд на трибуну и увидел, что странный старичок сидит теперь рядом с мистером Фельдом и смотрит не на поле, как все нормальные болельщики, а прямо на него, Этана. Старичок кивнул ему, сжал кулаки так, точно держал в руках биту, и взмахнул этой воображаемой битой. Потом указал на Этана пальцем и ухмыльнулся. Этан отвел глаза, и его взгляд, обойдя поле и автостоянку, перешел на опушку леса. Там на поваленной березе мелькнуло что-то рыжее с пушистым хвостом.

Этан, сам себе удивляясь, пробурчал непонятно в чей адрес, что ему срочно надо в туалет, — а потом, не задумываясь и не оглядываясь назад, устремился в лес за бушменчиком.