– Не переусердствовали бы. Все мы грешны, но и границы надо знать. Уверяю вас, мои подруги знают меру. Вот почему я не верю, что они уехали.

– Костя местный воротила, как я догадался. Он вызвал машину, и я сам их проводил. То, что они уехали, это факт. Будем уповать на их разум и чувство долга.

Журавлев встал и положил ключи на стол.

– Спасибо за чай. Могу я рассчитывать на завтрашний вечер?

– Я подумаю.

– Тогда в семь я у вас.

В тот момент, когда они подходили к двери, замок щелкнул и она открылась.

На пороге стояла полная женщина с бигуди на голове, папиросой в зубах и огромным слоем косметики на морщинистом лице.

– Это я, Верочка. Извини, что не вовремя. – Она не отрывала глаз от мужчины, будто собиралась его съесть вместе с потрохами. – Я все беспокоюсь за твоих подружек. Они так и не появились?

– Все в порядке, Полина Игнатовна. Вадим принес мне ключи, а девчонки уехали на экскурсию, на пару дней.

– Угу, понятно.

Она продолжала разглядывать гостя, забыв о погасшей папиросе.

– Всего доброго, – пробурчал Журавлев, протискиваясь между обширным телом и стеной. Коридорчик был слишком узок. – До встречи, Верочка. Скоро увидимся.

Он вышел на улицу, и первое, что ему бросилось в глаза, это ярко-красный «фиат», стоявший у обочины по другую сторону дороги. Солнце зашло за горы, и город погрузился в сумерки. Человека, сидевшего за рулем, он видеть не мог, но в памяти мгновенно всплыл эпизод его бегства с места происшествия. Когда он вышел за ворота, то наткнулся на этот «фиат». Ялта слишком маленький город, чтобы в нем встретить две одинаковые иномарки одного года выпуска, одного цвета и не очень популярной модели. Таких и в Москве не больше десятка наберется.

Журавлев даже номера разглядеть не успел, машина резко тронулась с места и уехала. Мистика, да и только, но сейчас его голова была забита другим. Он получил информации гораздо больше, чем был в состоянии переварить. Карман оттягивал еще один ключ, не дававший ему покоя. И через полчаса он оказался возле гостиницы.