— Дай ей сначала испытательный срок, — посоветовал пурпурно-зеленый дракон.

Ворауг хмыкнул:

— Латынь и вишневый компот! И ради этой чепухи ты берешь какую-то неказистую, не золотоволосую, не настоящую…

— Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты отзывался поуважительней о моей принцессе, — перебила его Казюль, свирепо улыбаясь.

— По-моему, она милашка, эта малышка, — пророкотал Роксим, помахивая последним носовым платком Си-морен. — Отличный выбор, Казюль.

— Если дело у вас сладилось, Казюль, — промычал желтовато-зеленый дракон, — то я, пожалуй, пойду поискать на закуску что-нибудь другое.

Ворауг все еще недовольно ворчал, но другие драконы, кажется, были согласны с Роксимом.

— Ладно, — угрюмо сказал Ворауг, — сама, Казюль, выбрала, сама и возись с ней.

— Само собой, — ответила Казюль и повернула трехрогую голову к Симорен. — Иди за мной, принцесса. Я покажу тебе твою нору.

Симорен поспешила за Казюль, которая пересекла пещеру и нырнула в темный тоннель. Светящийся шарик прыгал над ее головой. Симорен облегченно вздохнула. Она боялась в темноте наступить на кончик хвоста Казюль, а это было бы не самое удачное начало.

Казюль долго вела Симорен по длинному коридору. Наконец они оказались в другой пещере.

— Вот и пришли, — сказала драконша. — Ты будешь жить в маленькой комнатке справа. Моя последняя принцесса оставила все свои вещи, когда убежала с рыцарем.

— Спасибо, — смиренно ответила Симорен. — Когда мне приступить к своим обязанностям? И скажи, пожалуйста, что надо делать?

— Начнешь сейчас же, — распорядилась Казюль. — Обед у меня в семь. А до тех пор можешь заняться переборкой сокровищ. — Драконша кивнула в сторону темной двери слева. — Некоторые из них надо привести в порядок, починить. У рыцарских доспехов не хватает ноги, а некоторые из самых дешевых волшебных мечей, наверное, совсем заржавели. Здесь такал сырость! Остальное надо разобрать, привести в порядок и разложить по местам. Никогда не могу найти то, что мне нужно.