— Какой соседки? — издевательски усмехнулся Баратов. — Разве я говорил о какой-то соседке?

— Ваш разговор с экспертом записывается на пленку, — едва сдерживаясь, пояснил Тублин. — Вы признались, что убили своего соседа и его жену.

— Разве? Я не помню. А вам не стыдно подслушивать чужие разговоры? — продолжал издеваться Баратов.

— Не паясничайте, — строго одернул его Тублин. — Я спрашиваю вас еще раз: вы можете показать место, где находится тело убитой женщины?

— Не знаю. Я вообще никого не убивал.

— Вы сами сказали, что убивали, — напомнил Тублин. — И учтите, что ваши показания могут быть использованы против вас.

— Это нарушение прав человека, — почти искренне возмутился Баратов, — вы не имеете права использовать мой частный разговор с экспертом в своих служебных целях.

— Хватит, — поморщился Тублин, — ваше свидание закончено.

— Вот видите, — показал на него Баратов, — эти люди ничему не хотят учиться. Как Бурбоны — ничего не забыли и ничему не научились. — Он поднялся и пошел к выходу, сказав Дронго на прощание: — Надеюсь, что мы еще увидимся.

— Он просто издевается над нами, — убежденно произнес Тублин.

Дронго молчал. Он вышел из комнаты с тяжелым чувством, словно его несколько часов давили невидимым прессом.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался Казбек Измайлович.

— Неважно, — честно ответил Дронго. — Пусть мне принесут стакан воды.

Он сел на стул, закрыл глаза. Если все это правда, то и тогда непонятно, почему Баратов пошел на такую откровенность. Чего он добивается, что именно хочет доказать?

Дронго еще не знал, что его соперник собирается взять реванш и посрамить не только эксперта, сумевшего вычислить его, но и всех, кто наблюдал за ними из соседней комнаты.

Глава 4