Нина Косинская робко подняла руку.

— Да?

— Константин Семенович, а если у меня нет никакого таланта? — спросила девушка, сильно покраснев.

Учитель взглянул на часы.

— На этот вопрос я вам отвечу в конце урока, если успею. Садитесь. Я хотел бы познакомиться с каждой из вас в отдельности…

С этими словами он прислонил палку к первой парте и сел за стол.

— Аксенова Татьяна! — вызвал Константин Семенович, заглянув в журнал.

На второй парте слева поднялась рослая девушка в красной вязаной кофточке. Светлые косы ее были заплетены небрежно, без лент. От нее веяло ленивым, сонным спокойствием.

— Вы думали о своей профессии? — спросил учитель, внимательно глядя на Аксенову.

— Думала, — со вздохом сказала Таня, — но ничего хорошего не придумала. Скорей всего пойду в электротехнический институт.

— Почему?

— Потому, что папа так считает…

— Хорошо. Садитесь.

Валя Белова ткнула пальнем в спину сидящую впереди Холопову и, когда та откинулась назад, прошептала:

— Встань за меня, а я за тебя!

— Алексеева Анна! — вызвал учитель следующую. На задней парте стремительно встала девушка с тонкой, гибкой фигурой. Ее нельзя было назвать красивой, но она сразу запоминалась черными живыми глазами. Когда учитель взглянул на Аню, лицо ее пылало. Даже уши и шея порозовели.

— Алексеева, а вы выбрали себе профессию?

— Нет. Я хочу учиться, но не знаю где. Мы с мамой перебрали много профессий и ничего не могли решить.

— Так… Садитесь, пожалуйста.

Когда Константин Семенович вызвал Белову и вместо нее встала Клара Холопова, некоторые девушки с недоумением переглянулись между собой, но учитель не придал этому значения.

Белова была одна из лучших учениц класса, кандидат на золотую медаль.

— Ну, а вы кем собираетесь быть? — спросил он, приветливо глядя на отличницу.