Большей частью это случалось, только когда Нора сидела дома одна, когда в квартире не было никого, кроме нее.

Как именно все началось, она и сама точно не знала, но, пожалуй, тут существовала какая-то связь с ремонтом, когда Андерс переклеивал обои и по всей квартире обнаружились давние, заколоченные стенные шкафы. Значит, все началось не сразу после переезда, а через некоторое время, и на первых порах она вообще об этом не задумывалась. Ведь каждому дому свойственны свои звуки.

Вдобавок дом, где они поселились, был довольно-таки старый, а она знала, что в старых домах порой скрипят половицы и возникают иные таинственные звуки. Хотя, если вникнуть как следует, для большей части загадок находится вполне логичное объяснение.

Вот почему у Норы лишь задним числом забрезжила догадка, что здесь, возможно, кое-что другое, необъяснимое. Называть это сверхъестественным она не хотела, поскольку знала о таких вещах слишком мало, и оттого предпочла слово «непостижимое».

Говорить об этом она не могла, даже с Дагом, как не могла и добраться до сути. С самого начала как бы само собой разумелось, что она никому не проболтается.

Зачастую все начиналось нежданно-негаданно, и предвидеть, когда это случится, было невозможно, хотя иногда, незадолго перед тем, ее словно бы охватывало предчувствие. Оно ощущалось в самом воздухе – дыхание чего-то нереального, не поддающегося описанию.

Хорошо бы Даг все же был дома!

Они бы поговорили, и Нора избавилась бы от теперешнего беспокойства. Приди он сейчас домой – и это не случится или, по крайней мере, будет отсрочено…

В эту квартиру они переехали прошлой весной, а ей почему-то казалось, будто она жила здесь всегда. Уже в самый первый раз прямо с порога почувствовала себя по-настоящему дома.