Элион вырвалась из рук Ирмы и сердито уставилась на нее.

— Ну хорошо, хорошо, — процедила она сквозь зубы. — Я получила неуд по математике. Довольна?

— Еще как! — воскликнула Ирма. — Ты ведь знаешь, что это означает?

«Ну вот, начинается…» — с усмешкой подумала Корнелия.

— Наказание! — хором пропели Ирма и Хай Лин. Затем они подхватили Элион под локти и потащили к школьным воротам. Элион всем своим видом изображала страдания: она громко вздыхала, закатывала глаза, еле волочила ноги и так далее.

— Ну не надо, — прохныкала она. — Сжальтесь надо мной хоть разок!

— Закон есть закон, Элион, — хихикнула Корнелия. — Ты помнишь наши правила.

— Для двоечников у нас предусмотрена самая ужасная кара! — прорычала Ирма.

Тут Корнелию осенило, она покосилась на Элион и сделала озадаченное лицо.

— Хмм, странно, — задумчиво произнесла она. — Мне-то казалось, что Мэттиматика — твой любимый предмет!

Элион остановилась и тяжело вздохнула.

— Оставь Мэтта в покое! — крикнула она.

— Ну конечно! — Хай Лин дурашливо запрыгала перед Элион. — Он-то и будет твоим наказанием. Ты должна уговорить самого главного красавчика школы подтянуть тебя по математике!

— Просить и умолять! — добавила Ирма.

Корнелия зажала ладонью рот, чтобы не расхохотаться. Наверное, только она знала, как крепко и безнадежно Элион втюрилась в Мэтта Ольсена, всегда слегка неряшливого, но такого милого, пусть он и не интересуется ничем, кроме своей гитары.

Хай Лин уперла кулачки в худые бедра и наклонилась к Ирме:

— Давай сразу решим, что Элион должна делать: просить или умолять?