Едва произнеся это, Вилл осознала, как неубедительно звучат ее отговорки.

— Что ж, — сказала Тарани, поворачиваясь к Вилл, — если ты не пойдешь, то и я не пойду.

И девочки медленно покатили по дорожке.

Вилл знала, что должна изо всех сил постараться вписаться в хитерфилдскую жизнь, как она старалась показать лучшее время на тренировках по плаванию или сохранить хорошие отношения с мамой, даже когда мама здорово доставала ее.

Но дело было в том, что в Фадден-Хиллс, где Вилл с мамой жили до недавнего времени, Вилл не нужно было бороться за свое место под солнцем. Но им с мамой пришлось оттуда бежать.

Причина? Отец Вилл.

Отец отказался оставить их в покое после развода. Он звонил, звонил и звонил. Он не давал маме Вилл шанса начать новую жизнь. Наконец они решили переехать в Хитерфилд и взять себе номер телефона, не указанный в телефонном справочнике. И это сработало. С тех пор как они перебрались сюда, им не разу не звонили из Фадден-Хиллс, ни отец, ни «друзья» Вилл.

Вилл горестно вздохнула. Она не могла обвинять своих друзей в том, что они бросили ее. В конце концов, это она свела общение на нет. За время скандального бракоразводного процесса родителей Вилл сделалась робкой и замкнутой. Она больше не находила радости в шумных сборищах и знала, что поэтому-то друзья и перестали звать ее на посиделки в кафе и пятничные баскетбольные матчи. И поэтому никто не позвонил ей, когда они переехали, хотя она оставила свой новый номер проверенным людям.

Сьюзан, мать Вилл, сказала, что тишина приносит облегчение. Но когда Вилл думала о тишине, царившей в их новой квартире (в самом центре, в доме, который Сьюзан выбрала из-за круглосуточной охраны у подъезда), ей казалось, что ее завернули в огромное толстое одеяло. Оно защищало ее от окружающего мира и в то же время душило.

«Вечеринка по случаю Хеллоуина? — подумала Вилл. — А что, это неплохой способ выбраться из этого одеяла и вздохнуть полной грудью!»