Подслушали наш разговор и узнали мою фамилию, имя и отчество. Единственное, что у них было придумано загодя, — ксивы ФСБ. Почти безотказно. Громадное большинство народу удостоверений нынешних чекистов в глаза не видело. При обилии частных типографий соорудить липовые корочки не проблема. Задержись вместо меня Игорь — увезли бы его. Хотя, конечно, тут были его сослуживцы, охранники, и они б шефа так просто не отпустили.

Неприятно было сознавать, что оказался в роли элементарного лоха, но что делать. Теперь следовало подумать, что может прокрутиться в самом ближайшем будущем.

В кармане у меня от щедрот Чуда-юда лежало сто долларов и тысяч двести рублями. При костюме, который по первому прикиду смотрелся на три «лимона», это немного. Наверно, оттого главные устремления похитителей были направлены на выкуп. Сейчас, пока я сидел в подполе, отгоняя от себя наглых крыс, добры молодцы, должно быть, решали, какую назначить сумму за мое освобождение и как ее получить, чтоб при этом самим благополучно смыться. Вот на эти теоретические вопросы они сейчас и изводили драгоценное время.

О том, что похитители проводят производственное совещание, я знал наверняка. Дача была не настолько большая, чтобы звуки голосов не доносились в подпол из комнаты. Но, конечно, они лишь изредка орали во весь голос, и понять, по какому поводу было произнесено то или иное матерное выражение — а иных громко не произносили, — я не мог. Остальное время говорили полушепотом. Если б Чудо-юдо мог установить со мной связь и усилить слух… Включил бы ту самую РНС — «руководящую и направляющую силу», — и я бы уже сейчас примерно знал, что день грядущий (или хотя бы ночь грядущая) мне готовит. Впрочем, он небось сейчас был в полной уверенности, что со мной все в порядке. Или просто занят переговорами — они могли и весь день продлиться. Иначе давно бы глянул на трофейный «джикейский» индикатор и обнаружил, что я нахожусь не там, где нужно. Так что пока на него надежда была слабая. Следовало самому думать.